30




Сяо-го: Переразвитие малого.
Гром грохочет над облачными горами Запада.
Прародительница летящей птицы долее не поет.

Оставив далеко позади лесистую часть склона, отряд уже взбирался там, где не росло ничего, кроме сероватого лишайника, ковром устилавшего голые скалы. Путники взобрались выше облаков, клубившихся далеко внизу. Выше круживших под ними соколов и пустельг. Небо здесь было кобальтово-синее, а воздух предельно чист и сух. Губы путников запеклись, волосы потрескивали от разрядов крошечных молний. Не взобрались ли они уже и выше самого воздуха? Ибо, несмотря на отчаянные вдохи, их бешено колотящимся сердцам и раздувающимся легким мало было толку от разреженной атмосферы.
Кони тоже задыхались - били копытами и артачились. Без конца приходилось понукать их, тянуть все выше и выше. А потом послышались голоса. Поначалу - будто приглушенное рокотание грома на отдаленных ледяных пиках. Затем рокот превратился в гулкое эхо призывных голосов - взывающих к Поло и их людям.
Один из монгольских конников - крепкий, бывалый воин - услышал топот копыт и призывные голоса товарищей. Окликая по имени, его призывали следовать по узкой боковой тропке в сторону от главной тропы - к осыпающемуся краю крутого ущелья. А там конь его, и без того одуревший от нехватки воздуха, оступился. Дико крича, конь и всадник рухнули в пропасть - и навек исчезли в клубящихся внизу облаках.
Другой татарский конник, помоложе, услышал стук копыт и барабанную дробь, хлопки в ладоши и хриплые выкрики большой разбойничьей банды. Ударившись в панику, он пустил коня во весь опор - бросился удирать по голым скалам. Удирал парень до тех пор, пока безнадежно не заблудился - и обратной дороги уже не нашел.
Марко и могучий северянин Оливер разом услышали голос Си-шэнь, жалобно взывающий к ним из мрачной пещеры.
- Си-шэнь! - воскликнули оба.
И нырнули в черный лабиринт, где наверняка затерялись бы навеки, не поспей за ними привычный к голосам дьяволов татарин Петр. Не отставая от них ни на шаг, он отчаянно кричал, что голос Си-шэнь иллюзорен, что не следует бросаться в эту зловещую черноту. Но Марко и Оливер к нему не прислушались. Тогда Петр схватил их за руки и потянул на ледяную землю. Один невысокий, но жилистый татарин против двух здоровых европейцев! Наконец, неравный борцовский поединок все же развеял чары, и двое уроженцев Запада, расстроенные и подавленные, покорно последовали за Петром прочь из мрачной пещеры.
Мессиры Никколо и Маффео Поло тоже разом услышали резкий голос странствующего рыцаря, порой именуемого Хэ Янем, вместе со своим белым мулом исчезнувшего в ту самую ночь, когда дули ветры воспоминаний. Рыцарь звал их из-за беспорядочной груды валунов невдалеке от тропы, уверяя, что нашел там богатейшие залежи муравьиного золота. Братья последовали настойчивым призывам Хэ Яня, ибо и вправду слышали, что муравьи собирают золото в горах Тибета. Но стоило им добраться до груды, как голос отдалился. Теперь он доносился от валуна, что лежал на почтительном расстоянии от тропы. Когда же соблазн муравьиного золота повлек Никколо и Маффео дальше, голос опять отдалился.
- Марон! - выдохнул Маффео, дергая себя за бороду и ошалело оглядываясь.
Наконец до Никколо дошло, что все это лишь обман. Тогда, выхватив поводья у растерянного брата, он повлек своих спутников обратно на главную тропу, отвлекаясь от призывного голоса при помощи столь часто повторяемой литании о своих обожаемых самоцветах: "...десяток отборных рубинов чистой воды, каждый размером с крабий глаз; ценою же сказанные рубины в вес и работу полного набора из двенадцати крестильных ложек..."
Только маленький сфинкс и ученый Ван спокойно ехали дальше в этом вихре колдовских голосов, что конечно же призывали и их. И не появилось ли несколько самодовольное выражение на будто бы выточенном из слоновой кости лице Ван Лин-гуаня? Не подумалось ли ученому, что теперь-то его варварским господам станет наконец ясна его правота?
Невозмутимо пряча руки в рукава своего подбитого мехом черного халата, ученый Ван в прежнем темпе ехал дальше по каменистой тропе - и иронически игнорировал назойливые голоса.
- Иллюзия, - со снисходительной улыбкой пробурчал он себе под нос. - По-моему, я уже достаточно часто пытался заронить в их грубых умах мысль, что все это лишь иллюзия.
Но тут прямо на тропе появилось видение - и даже ученый Ван остановился, внимательно в него вглядываясь. Видение напоминало потрепанного мужчину с длинными волосами, ногтями и бородой, в лиственной накидке и соломенных сандалиях горного отшельника - хотя от высокогорного холода столь скудное одеяние защитить никак не могло. На чумазой физиономии застыло чудаковатое выражение. В одной тощей руке видение держало сучковатый посох, а в другой баюкало крупную трехлапую жабу.
- Хо! - выкрикнула странная фигура, испустив безумный смешок.
- Иллюзии, - пробормотал ученый Ван и с брезгливой гримасой отвернулся.
- Вот мы, досточтимый господин, снова и встретились, - сказала растрепанная иллюзия.
- Никогда я с тобой не встречался - даже в виде миража, - ответил ученый Ван. Любопытство его, впрочем, даже вопреки его воле, все возрастало - и ученый надменным, но внимательным взглядом рассматривал иллюзию.
- Неужели вы не помните ничтожного травника Хуа То? Того, который обучил вас ста двадцати способам медицинского применения благословенного цветка конопли и проводил к пещере феи Облачного Танца?
- Я действительно припоминаю того человека, но в таком случае ты принял неудачную личину, призрак. Одежда и манеры Хуа То соответствовали одежде и манерам благородного ученого, а не горного безумца, что баюкает жабу, будто ребенка, - ответил Ван Лин-гуань.
- Тогда я носил шелка ученого, теперь ношу листья отшельника. Все движется и меняется - и в то же время остается прежним.
Ученый Ван недоверчиво хмыкнул:
- Будь ты и впрямь странствующим лекарем Хуа То - чего я ни на секунду не допускаю, - что тебе тогда делать на этом безвоздушном склоне, где вдобавок полно призраков?
- Будь я и впрямь Хуа То - кем, собственно, и являюсь, - я искал бы здесь редкие горные грибы и черную каменную соль, что встречается только на этом высоком плато и обладает весьма необычными целебными свойствами.
- Верно, обладает, - согласился ученый Ван.
- И будь вы и впрямь добрым лекарем Хуа То, - вмешался Никколо, перебирая свои вторые по значимости янтарные четки, - хоть ученый Ван и настаивает, что вы всего лишь призрак... да и кто, впрочем, может судить с уверенностью в столь необыкновенном месте? Так вот. Будь вы и впрямь Хуа То, вы наверняка смогли бы провести нас через всю эту армию иллюзий - как однажды уже проводили нас к пещере госпожи феи за вознаграждение в виде полной рисовой чашки.
- Мою рисовую чашку теперь наполняют земля и облака, - ответил отшельник. - Но будь я и впрямь ничтожным лекарем Хуа То - каковым, собственно, и являюсь, - я, безусловно, смог бы еще раз проводить моих благородных господ.
- А как бы досточтимый Хуа То нас проводил... если бы и впрямь здесь присутствовал? - спросил Марко.
- Если бы ничтожнейший Хуа То и впрямь здесь присутствовал, чтобы сопровождать вас - как оно на самом деле и есть, - он позвонил бы в свой хрустальный колокольчик, что разгоняет голоса иллюзий. Затем он провел бы вас через эти мрачные горы. Разумеется, будь он со своей жабой и впрямь реален - как оно, опять-таки, на самом деле и есть.
- Марон! - возопил Маффео. - От всех этих намеков и иллюзий у меня уже голова раскалывается! Мне без разницы, реален этот призрак или нет! Если он со своим колокольчиком может вывести нас из этого проклятого места, тогда пусть действует!
- Если он только не какой-нибудь новый демон - и не выведет нас прямиком в ад, - пробормотал Оливер.
- Ну вот, теперь варварские господа еще и просят иллюзию быть им проводником, - со смиренным вздохом произнес ученый Ван.
Добившись более-менее общего согласия следовать за более-менее реальным отшельником, путники позволили хрустальной песне его колокольчика одолеть голоса духов, а ему самому повести их через мрачные горы.


"Любопытно, - размышлял Марко, пока отряд взбирался все выше и выше вслед за звонким треньканьем колокольчика, - любопытно, а не могут ли редкие грибы и черная каменная соль этого странного целителя вылечить и подагру?" Ибо великого хана частенько тревожили боли в распухших ногах и он щедро вознаградил бы того, кто принес бы ему исцеление.
Марко хорошо помнил, как его суровый отец обратился однажды к Сыну Неба в неофициальном приемном зале Ханбалыка:
- Нам, о повелитель, посчастливилось найти в нашей жалкой библиотеке один замечательный византийский манускрипт. Сейчас я его переведу. "Соль святого Григория; делается сказанная соль из нарда, нашатыря, петрушки, перца и имбиря. Сие есть, как утверждается, превосходное средство от облысения, расстройства селезенки, излишне обильного слезотечения, кашля, каким заходятся в полночь, и... - На лице великого хана уже появилась кислая мина от перечисления недугов, свойственных людям много, много старше его, но мессир Никколо на триумфальной ноте закончил: - ...и подагры!"
- И подагры! Ага, значит, и подагры! - обрадовался хан ханов. - А какой именно нард - поменьше или побольше? Какой перец - длинный черный, зеленый или белый? А нашатырь следует получить из верблюжьего навоза или... Где главные аптекари? Ты, По-ло, обязательно все им переведи. Они перепробуют все варианты, а когда найдут нужное сочетание, немедленно доставят его мне... мне! Эх, если бы мне сесть в седло, я бы сразу отправился в провинцию вокруг Да-тона у западной границы. Самолично бы выяснил, почему урожай проса там намного меньше, чем в прошлом году. Ведь это безобразие! И последствия могут быть самыми тяжкими. Если налог там выплачивают в просе, то как смогут платить больше налога, если стало меньше проса? Что мне брать у них в качестве налога? Желтую грязь, из которой там лепят хижины? Это падение урожая вполне может вызвать перебои в починке дорог... - И Хубилай дал Никколо знак подняться с блестящего мраморного пола в неофициальном приемном зале.
Потом великий хан еще раз махнул рукой и испустил хриплый смешок, от чего жемчужные подвески его повседневной золотой короны закачались.
- Ну хватит! Закончишь ты наконец с этими смехотворными поклонами? А то еще лоб разобьешь - как нам тогда составить лекарство от подагры? Скажи-ка мне вот что, Поло. Этот твой святой Гулег-али - он один из тех добрых святых духов, что обитают на небесах? Да? Верно? Еще бы! Я знаю! Вот видишь - я знаю! Бесполезно скрывать что-то от Сына Неба. Никто, впрочем, и не осмелится. Мастер ритуалов, можешь приблизиться. Только поскорее. Можешь опустить шесть из шестнадцати положенных поклонов. Но не больше - а то в головах зародится крамола. И не меньше - иначе мы тут всю ночь проторчим.
Мастер ритуалов понемногу подполз к подножию неофициального трона (на сооружение которого ушел целый лесок черного дерева и кедра). Наконец мастер ритуалов выполнил последний поклон.
- Слушай внимательно, - сказал великий хан. - Иноземному духу Гулег-а-ли долженствует присвоить ранг Облачного Бога второго разряда. Подготовь подобающие приношения. Теперь иди.
Мастер ритуалов удалился. Словно его там и не было.
- Подагра, - пробормотал Хубилай-хан. - Просо. Когда нет проса, неизбежен голод. Налоги... голод... война... - Бормотание постепенно перешло в низкое неразборчивое урчание.
Марко подумал, что доведись великому хану жить в христианской стране, то (не имея характера Будды Шакьямуни) вряд ли стал бы он великим святым для Господа нашего.
Свечи, толщиной с руку крепкого мужчины, заколебались под залетевшим в зал ветерком ранней зимы. А где-то далеко, много западнее желтых просяных полей Да-тона, ветерок этот был диким ветром из Гоби. При одной мысли о тамошних ветрах Марко передернулся.
Хотя придворные аптекари перепробовали все возможные сочетания для "соли святого Григория", хотя недавно назначенному Облачному Богу второго разряда были сделаны соответствующие приношения, средства от подагры для великого хана так и не нашлось. Ни средства от подагры, ни от приближающейся слабости и старости. Так что поиски продолжались. Продолжались и продолжались. Карабкаясь вслед за поющим колокольчиком по зловещим горам, Марко прочитал про себя краткую, но предельно искреннюю молитву святому Григорию.



далее: 31 >>
назад: 29 <<

Эйв Дэвидсон, Грэния Дэвис. Сын Неба
   ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ПУТЕШЕСТВИЕ НАЧИНАЕТСЯ
   1
   2
   3
   4
   5
   6
   7
   8
   ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ОДНА СПЯЩАЯ КРАСАВИЦА НАЙДЕНА
   9
   10
   11
   12
   13
   14
   15
   16
   17
   18
   ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. НАЙДЕНЫ ВЕСЕЛЫЕ КРАСАВИЦЫ
   19
   20
   21
   22
   23
   24
   25
   26
   ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. ВПЕРЕДИ ЧУДЕСА И ОПАСНОСТИ
   27
   28
   29
   30
   31
   32
   ЧАСТЬ ПЯТАЯ. СОН СПЯЩЕЙ КРАСАВИЦЫ КРЕПОК
   33
   34
   35
   36
   37
   38
   39
   40
   ЭПИЛОГ. ИЗ АННАЛОВ ИСТОРИИ